Ярость неба [= Не все вернутся] - Сергей Зверев

* * *

Эрдин выехал из Трабзона пораньше, еще засветло, с тем чтобы вовремя успеть к пункту назначения. А пункт назначения был у него в последний год только один – военная база Карабаши.

Платили армейские начальники очень много, что было немаловажно. Требовалось лишь соблюдать дисциплину, не опаздывать, не терять грузы и, конечно, не употреблять много спиртного. Впрочем, к ракы[16]он был всегда безразличен. А если и позволял себе отдохнуть, то с парой кружек пива или бутылкой вина в компании своих приятелей в выходной день.

Возил Эрдин обычно одно и то же – свежее мясо, поставлявшееся с лучших боен, сыр, зелень и овощи, а также непременно несколько здоровенных бочонков с оливками, которые пользовались почему-то необычайным спросом на кухне натовской базы.

Загружали все это в нескольких местах, поэтому Эрдин обычно с утра пораньше оказывался у первого пункта назначения. Если погрузка происходила быстро, можно было посидеть дольше дозволенного в какой-нибудь трабзонской локанте[17]. Сегодня, впрочем, произошла неожиданная задержка.

Когда Эрдин уже сел за руль своего пикапа, его остановил полицейский патруль. Офицер долго и придирчиво изучал документы, пока двое его подчиненных тщательно обшаривали кузов. Что они там искали, Эрдин так и не понял. Но от знакомого шофера услышал, что в последние дни службы безопасности стали проявлять особую бдительность, поскольку в нескольких километрах от военной базы какие-то арабы совершили теракт – взорвали четырех американских военнослужащих.

Крутя баранку и вырисовывая своим пикапом ровные спирали на плавно поднимающемся серпантине, Эрдин думал о том, какие же уроды эти террористы. Что им, спрашивается, спокойно не живется? Конечно, в мире много несправедливостей. Куда ни глянь – сплошные несчастья. Вот, например, в позапрошлом году брат Эрдина, Сулейман, сильно избил своего соседа. Сидели в кафе, выпивали, говорили о бизнесе, а сосед вдруг стал издеваться над Сулейманом – мол, какой из тебя строитель (брат работал в фирме, которая занималась укладкой керамической плитки в дорогих усадьбах на побережье Черного моря), ты, мол, с детства был тугодум, придурок. Таких, как ты, мол, в Европе нанимают бетонные сваи забивать. Брат не выдержал и вот теперь сидит в тюрьме...

Через каждые пятнадцать минут Эрдин закуривал сигарету. Такой порядок он сам установил для себя – не в целях борьбы с пагубной привычкой, а скорее для того, чтобы четко определять, что очередной участок дороги успешно преодолен. Таким образом весь путь разбивался на несколько выкуренных сигарет. От Трабзона до Карабаши обычно уходило штук пять.

Когда Эрдин затушил в пепельнице на приборной доске четвертую сигарету, он размышлял о том, что вопиющая несправедливость этого подлунного мира, видимо, не случайна. «Наверное, на то воля Аллаха», – думал Эрдин, хотя по-настоящему верующим себя не считал, в мечеть ходил редко, а ежедневные молитвы отправлял вообще только по большим религиозным праздникам. Но эту самую вопиющую несправедливость нужно просто понять и принять. А не носиться по исламским странам с бомбами под мышкой. Хотя и янки, конечно, те еще друзья. Однажды Эрдин долго ждал, пока разгрузят его пикап, и от нечего делать подошел ко второму ограждению военной базы, за которым располагается стадион. Там американцы дружно играли в регби. Как же на него накинулись часовые! Взяли на прицел, чуть не выстрелили! И за что?

Эрдин возмущенно засопел, крепче сжал руль, даже прибавил скорость. И в этот момент вынужден был резко затормозить. Поскольку чуть не наехал на человека, лежащего прямо на проезжей части... Эрдин перевел дух.

Хорошо, что не отказали тормоза! Чего это он здесь разлегся?

Открыв водительскую дверцу, Эрдин осторожно спрыгнул на асфальт. Слава Аллаху – передние колеса замерли буквально в полуметре от головы человека! Как ему только удалось так резко остановить машину!

Эрдин наклонился, пытаясь понять, что произошло с этим несчастным, успел отметить, что крови не видно, и в этот момент ощутил чудовищной силы удар. Словно красная граната разорвалась в его мозгу, отсекая недавние события от того мгновения, после которого Эрдин перестал существовать...

* * *

– Анвар, в машину! Времени нет! – закричал Ислам, старший группы боевиков, когда двое его подручных оттащили в сторону тело шофера. Он видел, что Бен Беле, сыгравший роль трупа, выполнив грязную работу, на миг остановился у самой обочины, чтобы отряхнуть свое одеяние. Уж больно этот боец аккуратен! Такое впечатление, будто он собрался свататься, а не идти в смертельный бой, как это положено настоящему фидаину!

– Забирайтесь в кузов! – Ислам очень гордился тем, что умеет резко и четко отдавать приказы. Он видел несколько американских фильмов, но при всей ненависти к Большому Шайтану не мог не отметить, что дисциплина во вражеской армии потрясающая. Теперь он всеми силами пытался внедрить аналог этой дисциплины в своем воинстве. Ему все время казалось, что боевики движутся недостаточно быстро, застревают, где не нужно, теряют драгоценные минуты.

Ислам ошибался. Если бы посторонний наблюдал за всеми манипуляциями арабов около пикапа, он бы пришел к выводу, что смотрит, видимо, короткометражный фильм с убыстренным изображением движения человеческих тел. Во всяком случае, за считаные мгновения боевики оказались в кузове среди бочонков с оливками и коробок с замороженным мясом. А их предводитель, не мешкая ни минуты, резко бросил пикап вперед, немедленно разогнав его до четвертой скорости.

Полетела вперед узкая змейка дороги, засвистел ветер из приоткрытого окна.

Через пять километров, у знака «Опасный поворот», находился первый натовский пост. Здесь не требовали документов и даже не останавливали транспортные средства, просто сверяли номера автомашин по особому списку.

Как и предполагалось, пикап с боевиками никто не остановил. Он спокойно притормозил, взбираясь на очередной крутой вираж, и двинулся вперед, опять увеличивая скорость.

Обычно все водители, направлявшиеся к военной базе Карабаши, в этом месте позволяли себе ехать быстрее. Пикап, управляемый Исламом, ничем не привлек внимание постовых. Пролетевший прямо над ним патрульный вертолет, тоже не заметив ничего подозрительного, быстро ушел вниз, к развязке дороги ниже по склону.

Перед въездом к охраняемой линии, оцепляющей по окружности долину, где находилась военная база, грузовик замедлил движение. Ислам два раза нажал на гудок, тем самым подавая сигнал скрывавшимся в кузове боевикам: «Готовность к бою».

Прямо перед шлагбаумом, преграждающим дальнейший путь, Ислам остановил пикап. Вылезать из машины он не стал, дожидаясь, как это и было тут положено, прибытия старшего постового.

Учитывая последние события, старший группы подошел к машине в сопровождении сразу трех солдат, что должно было, по мнению натовских начальников, существенно повысить защищенность важнейшего поста.